<< Главная страница

Александр Шленский. Миссис Ольсен






Миссис Ольсен живет в маленьком кондоминиуме в резиденции под названием "Спринг Крик", на самой окраине крохотного городка Луисвилля. От берега Атлантического океана одноэтажный Луисвилль отделяет час пути на автомобиле. К жилому комплексу примыкает пустынный парк имени Джорджа Вашингтона, полицейский участок и маленький местный госпиталь имени святой Марии-Терезии.

В центре Луисвилля с трех сторон по периметру городской плазы расположены: цветочный магазин, массажный салон с лампами для загара, тайский ресторан, клуб боевых искусств, итальянское кафе, мастерская по перешиву одежды, китайский буфет, продуктовый суперстор под названием "Фуд Лайон", местное отделение Компас-банка, а также огромный, захудалый магазин "Джей Си Пенни", набитый всякой всячиной. Всего вместе взятого вполне достаточно, чтобы прожить в Луисвилле всю жизнь, ни разу не выехав за его пределы.

Миссис Ольсен живет в Луисвилле, почти не выезжая. Она не работает уже очень давно и живет на алименты от бывшего мужа, которые ей присудили после развода. О своей замужней жизни, о том, кем был ее бывший супруг, как он выглядел, сколько лет они прожили вместе и почему развелись, миссис Ольсен не помнит решительно ничего. Тем не менее, деньги регулярно поступают на ее счет в Компас-банке.

Миссис Ольсен тратит деньги очень аккуратно. Она одевается добротно, но не дорого, а в магазине всегда покупает молоко и овсянку на завтрак, хлеб и ветчину или индюшачью грудинку на ланч, и маленький пучочек свежей спаржи, которая ей очень нравится. Раз в месяц миссис Ольсен покупает коробки с сухой собачьей едой: у нее есть лабрадор, сука, по имени Полли.

Миссис Ольсен встает утром под звуки радио, настроенного на церковную радиостанцию. Она умывается, чистит зубы и механически смотрит на себя в зеркало. Миссис Ольсен, потомок скандинавов и ирландцев, разительно напоминает ожившую старомодную деревянную вешалку, на каких висели бабушкины пальто. Она широкая, высокая и плоская, с торчащими костистыми плечами и без всякого намека на грудь. Декольте платья миссис Ольсен обнажает обширное плоское пространство, скорее даже вогнутое, чем выпуклое. Кожа у нее на груди грубая, светло-сероватая, покрытая яркими веснушками и морщинами в виде гусиных лапок. Лицо у миссис Ольсен костистое, с лошадиными зубами и лошадиным же выражением, по цвету оно такое же серовато-бледное, как и ее декольте. У миссис Ольсен жидкие светлые волосы с легкой рыжиной, собранные на затылке в пучок, скрепленный дешевыми заколками.

Умывшись и причесавшись, миссис Ольсен приступает к завтраку и делает радио погромче, готовясь слушать утреннюю проповедь. Миссис Ольсен никогда не вникает в смысл проповеди, ее больше волнуют интонации голоса проповедника, а также его кашли. Она пытается угадать, на каком слове проповедник кашлянет, и если угадывает несколько раз подряд, то приходит в хорошее расположение духа и решает, что сегодняшняя проповедь была очень недурна. Одновременно с поглощением пищи духовной, миссис Ольсен тщательно пережевывает сырую овсянку, залитую молоком из пакета. Она сидит за столом, вкушая звуки проповеди и зачерпывая тусклой серебряной ложечкой смесь овсянки с молоком из обливной глиняной миски.

На ланч миссис Ольсен упаковывает себе хлеб с ветчиной, забывая про спаржу. Спаржа вянет, и миссис Ольсен выбрасывает ее в помойку, а затем покупает свежую, которую ждет такая же судьба. Ужинает миссис Ольсен в китайском буфете или в итальянском кафе, заказывая самые дешевые блюда и никогда не оставляя больше доллара чаевых.

После завтрака миссис Ольсен садится в Бьюик 1986 года выпуска и едет в свою церковь, где она участвует в четырех различных комиссиях и комитетах. Толстый, пахнущий дезодорантами, реверенд Бин сердечно обнимает миссис Ольсен, облипая ее рыхлой массой своего тела. Миссис Ольсен слегка каменеет от липких, влажных объятий, у нее стесняет дыхание, она отодвигается и отвечает натянутой деревянной улыбкой.

До самого вечера миссис Ольсен решает вместе с остальными членами комитетов, сколько денег должно быть потрачено на школьные завтраки для неимущих девочек из негритянского района, на организацию пешего двухмильного марша в поддержку общества женщин, переживших рак шейки матки, а также на ремонт церковной крыши, на настройку церковного рояля, на освежение дорожной разметки на автомобильной парковке, на покупку нового сейфа для церковной казны, а также на откуп церковью у города Луисвилля двенадцати акров пустующей земли под застройку.

Миссис Ольсен возвращается из цервки поздно, и ее Бьюик выхватывает фарами из темноты летящих мотыльков и притихшие кроны спящих деревьев. После ужина в кафе или в китайском буфете миссис Ольсен приходит домой и включает свет. Лабрадориха Полли подходит и вонзает ей влажный черный нос между ног, подталкивая ее к углу, где лежат ошейник и поводок. Миссис Ольсен берет в руку фонарик, надевает на Полли ошейник и идет ее выгуливать в темный пустынный парк.

В парке Полли натягивает поводок и обнюхивает землю, а в определенном, знакомом ей месте, неожиданно резко берет в сторону и с силой тянет хозяйку в темное пространство между ветвистыми, плотными кустами. Миссис Ольсен не успевает опомнится, как сзади ее обхватывают сильные мужские руки, зажимая рот. Фонарик падает из рук, и миссис Ольсен никогда не успевает разглядеть лица нападавшего, который сильно и тесно прижимается к громоздкому, костлявому телу миссис Ольсен, задирает на ней платье и насилует - не грубо, но решительно.

Миссис Ольсен не сопротивляется насилию, чтобы не получить физической травмы. Следуя советам психологов, она старается расслабиться и получить оргазм. Как ни странно, оргазм приходит легко, и миссис Ольсен судорожно стонет, царапает насильника веснушчатыми костлявыми пальцами за ягодицы, прижимая к себе, вдыхает мужской запах, и забыв уже обо всем, яростно пытается укусить насильника в шею. В ответ последний рычит и удваивает усилия., а затем быстро кончает в густую траву, чтобы не оставить следов своей спермы в теле жертвы, и стремительно убегает.

Впрочем, в последние полгода маньяк уже не набрасывается на миссис Ольсен и не зажимает ей рот, а дождавшись ее появления в привычное время на привычном месте, подкрадывается сзади и требовательно кладет руку ей на плечо. Миссис Ольсен глубоко вздыхает и слегка приподимает край платья, чтобы его случайно не порвали. Приличия требуют, чтобы дальнейшее было проделано с применением силы и против ее воли. Миссис Ольсен очень бережлива, и поэтому никогда не надевает на вечернюю прогулку панталон, чтобы они не пачкались и не рвались. Эта молчаливая договоренность маньяка и жертвы продолжается уже много лет подряд.

Миссис Ольсен, которая не испытала в супружеской жизни ни единого оргазма, еще некоторое время лежит на траве, ощущая одновременно остатки сладкой истомы в теле и чувство греховности и вины на сердце. Ее гложет мысль о том, что человек, душа которого непременно будет гореть в огне, столь легко разжигает в ней греховные чувства. И только мысль о том, что все случившееся произошло в результате насилия, возвращает ей некоторый душевный покой. Затем миссис Ольсен медленно встает на ноги, вынимает из сумочки заранее запасенные гигиенические салфетки, приводит себя в порядок, поднимает с земли фонарик, разыскивает Полли и продолжает прерванный путь. Оставшуюся часть прогулки лабрадориха Полли посвящает изучению перемен, происшедших с ее хозяйкой. Она нервно виляет хвостом, возбужденно сопит и пытается вынюхать миссис Ольсен между ног, настойчиво просовывая голову ей под платье.

Вернувшись домой и сняв с Полли ошейник, миссис Ольсен немедленно садится в машину и едет в полицейский участок, хотя до него всего два шага шагнуть. Там она заявляет об изнасиловании добродушному сонному шерифу Уоррингтону. Узнав об очередном ежевечернем покушении на честь миссис Ольсен, шериф суровеет лицом, укоризненно-сочувственно хмурится и неодобрительно качает головой. Уже много раз он вместе с помощником пытался найти неизвестного насильника, чтобы сказать ему, чтобы он либо женился на миссис Ольсен, либо убирался из Луисвилла ко всем чертям, но на указанном миссис Ольсен месте происшествия он обнаружил только небольшую, аккуратную статую генерала Джорджа Вашингтона.

Шериф дает миссис Ольсен чистый бланк, предлагая его заполнить, описав все подробности нападения. Шериф Уоррингтон уже знает почти минута в минуту время появления миссис Ольсен в полицейском участке. Подробности нападения и в протоколе не менялись ни разу на протяжении многих лет. Что касается примет нападавшего, миссис Ольсен всегда указывала только две - сильные руки и горячее дыхание. Прочитав протокол, шериф Уоррингтон отлучается из участка на полчаса домой, повергает супругу на семейную кровать и горячо дышит ей в шею, после чего быстро надевает пояс и кобуру и возвращается на службу, оставив супругу лежать на кровати в радостном удивлении.

Три или четыре дня подряд в продолжение месяца миссис Ольсен не приходит к шерифу в участок. Несмотря на то, что миссис Ольсен год назад разменяла шестой десяток, менструации у нее ходят с завидной регулярностью. В эти дни миссис Ольсен надевает глухое платье и плотные панталоны, и выгуливает Полли в другой части парка, не приближаясь к опасному месту.

Заявив о насилии, миссис Ольсен возвращается из полицейского участка с облегченной душой, раздевается и становится под душ, чтобы смыть с себя чужой пот и грязь. Вода из душа идет то очень горячая, то очень холодная, и миссис Ольсен то вскрикивает от ожога, то вздрагивает от холода. Потеряв терпение, взбешенная миссис Ольсен забывает, что ее только что изнасиловали, и все свои переживания по этому поводу. Она поднимает трубку и с ненавистью набирает номер дежурного по обслуживанию зданий местного комплекса. Трубку берет пожилой негр Барри Майлс и очень любезно спрашивает, как он может помочь миссис Ольсен в этот вечер. Он просит миссис Ольсен назвать ее имя, год рождения и номер социальной безопасности. У миссис Ольсен крайне плохая память на цифры. Чтобы назвать свой номер социальной безопасности, ей надо надеть очки, порыться в сумочке, найти кошелек, вынуть из него карточку социальной безопасности и прочитать номер. У женщины, которую только что изнасиловали, нет на это сил, она с плачем швыряет трубку на аппарат и выходит из ванной. Степенный пожилой негр Барри Майлс тоже кладет трубку и смотрит на часы. Минут через пять после звонка миссис Ольсен обычно начинается его любимый сериал, и Барри Майлс делает телевизор чуть громче.

На следующий день сразу после церковного ланча, во время которого обнаруживается отсутствие забытой дома спаржи, миссис Ольсен вспоминает, что шериф Уоррингтон дал ей направление в госпиталь на мазок из влагалища, как это и положено после изнасилования. Миссис Ольсен отыскивает в своей сумке направление, перекладывает его в кармашек поближе, садится в Бьюик и едет в маленький местный госпиталь имени святой Марии-Терезии, хотя до него пешком два шага шагнуть.

В госпитале юный лаборант Микки Прингл, с длинными волосами, собранными в пушистый хвост, усаживает миссис Ольсен на кресло, берет у нее направление и кладет в ящик. Затем он просит миссис Ольсен раздвинуть ноги, после чего ловко и нежно берет мазок пальцем руки, облаченной в перчатку, и наносит его на стеклышко. Миссис Ольсен разглядывает красивое юное лицо лаборанта, щупает глазами его роскошные маслянистые волосы, прислушивается к ощущениям от его нежной руки, и ее охватывает безотчетное волнение, а в тазу и в промежности вновь просыпается знакомое томительно-сладковатое чувство.

У лаборанта Микки Прингла странное хобби: он никогда не выбрасывает использованные стеклышки с мазками, а окрашивает их лабораторными красителями в разные цвета и прикрепляет к огромной, во всю стену, матовой стеклянной перегородке, отделяющей офисную часть лаборатории от манипуляционного кабинета. За несколько лет этих стеклышек набралось очень много, превратив добрую половину перегородки в подобие витража. Витраж, сделанный Микки, очень красив - у юноши хороший вкус. Почти все стеклышки на витраже Микки содержат зафиксированные химикалиями частицы плоти, бывшие когда-то частью миссис Ольсен. А вот таинственный ночной маньяк столь осторожен, что на стеклышки Микки не попало ни единой его брызги.

Раз в неделю, в субботу, миссис Ольсен кладет в багажник своего Бьюика большой пляжный зонт, берет плетеную корзинку со снедью, старомодный купальный костюм и едет на океан. Но всякий раз, подходя к берегу, чтобы искупаться, миссис Ольсен замечает на горизонте акулий плавник. Миссис Ольсен сразу представляет себе, как акула вопьется зубами в ее тело и будет рвать и кромсать ее плоть. При этом ей всякий раз вспоминается повторяющееся ежевечернее изнасилование, которого она и боится, и брезгует, и страстно жаждет. У миссис Ольсен появляется слабость в ногах и тошнота, и она уходит прочь от воды, садится в легкое пластмассовое кресло и кусает губы.

В это время акула курсирует вдоль берега и яростно скрежещет зубами, дожидаясь, пока у миссис Ольсен пропадет страх перед купанием, и она осмелится войти в воду, как осмелилась однажды войти в чащу парка по ее зову. Только бы она вошла, - думает акула, - ну хотя бы по колено! С какой силой впились бы мои зубы в ее плоть, рвали и грызли! О, как бы это было вдохновенно и кроваво-страстно! Гораздо приятнее и поэтичнее, чем убогий секс в городском парке, в неуклюжем двуногом обличье... Только бы она вошла в воду, только бы вошла!

Но миссис Ольсен упрямо не заходит в океан, и акула, разогнавшись в воде, выпрыгивает чудовищным прыжком с перекошенной от злобы, широко раскрытой пастью, и заглатывает в воздухе целую стайку летучих рыб, после чего рассерженно ныряет в глубину. Миссис Ольсен рассеянно дожевывает остатки снеди, собирает зонтик и кресло, садится в машину и возвращается домой, в Луисвилль.

Но в одну из суббот акула теряет последнее терпение и уплывает прочь, на далекие Галапагосские острова. В этот вечер миссис Ольсен так и не дожидается своего маньяка на условленном месте. Она топчется, покашливает, ходит взад и вперед, то углубляясь в чащу, то возвращаясь на парковую дорожку, но никто ее не похищает и не насилует. Лабрадориха Полли путается у миссис Ольсен под ногами с растерянным видом, перекручивает поводок и тихонько скулит. Она чувствует, что у хозяйки нежданно случилось горе. Не приходит маньяк ни на второй день, ни на третий, ни в последующие дни.

Шериф Уоррингтон, служащий жилой резиденции Барии Майлс и лаборант госпиталя Марии-Терезии Микки Спрингл чувствуют себя не в своей тарелке, потеряв миссис Ольсен из вида. Вместе с ней как будто ушла часть их жизни, ее размеренность и постоянство, отсутствие которых всегда вызывает тревогу и легкий необьяснимый страх. В эти дни, не отмеченные посещениями миссис Ольсен, шериф Уоррингтон почему-то испытывает мужские проблемы, пытаясь жить с женой интимной жизнью. Барри Майлс перестает смотреть любимый сериал, не дождавшись звонка миссис Ольсен, а у Микки нет материала для продолжения витража.

Акула мстительно пожирает туземцев в прибрежных водах Галапагосских островов, а несчастная, брошенная на произвол судьбы миссис Ольсен целую неделю ходит сама не своя, не участвует в работе комиссий и комитетов, ссылаясь на плохое самочувствие, а по ночам обследует все закоулки парка, но никого там не находит.

На десятый день после исчезновения маньяка, миссис Ольсен, плохо соображая, что делает, садится в машину и едет, сама не понимая куда. Приходит она в себя только в госпитале Марии-Терезии, сидя на кресле с раздвинутыми ногами. Микки Спрингл подходит к ней и привычно протягивает руку за направлением, чтобы бросить его, как всегда в ящик. Но требуемая бумажка отсутствует, и тогда миссис Ольсен неожиданно хватает руку Микки, покрывает ее жаркими, влажными поцелуями и прижимает ее к своей промежности, с силой привлекая юношу к себе. При этом ее тело сотрясает крупная дрожь, некрасивое лошадиное лицо искажено страданием, а из молящих глаз струятся слезы стыда и отчаяния.

Лицо юного Микки ярко вспыхивает, и на нем отражаются сострадание и боль. Он легким прыжком подскакиваает к двери лаборатории и закрывает ее на ключ, а затем быстро возвращается назад, расстегивает джинсы и овладевает миссис Ольсен. Оба они плачут навзрыд. Он - от жалости и сострадания, она - от стыда и благодарности. Ароматные пряди волос юноши щекочут лицо и грудь миссис Ольсен. Она вдыхает их запах и исступленно впивается пальцами в ягодицы молодого лаборанта, вжимая его поглубже в себя и покусывая своими лошадиными зубами его упругую юношескую шею. Микки кончает прямо в миссис Ольсен, с такой бешеной силой, что ему кажется, что он сейчас умрет от разрыва сердца. Миссис Ольсен рычит, сотрясая кресло, и впивается юноше в воротник рубашки до боли и хруста в зубах.

Дождавшись, когда волна наслаждения схлынет без остатка, миссис Ольсен встает с кресла и быстро приводит себя в порядок. Она расспрашивает Микки о его странном витраже, и получает ответ, что кажое стеклыщко в витраже - это частица ее жизни. И тут пожилую страстную женщину неожиданно посещает мысль, что как много еще места у Микки на его стекле, так много в ее жизни еще осталось места для счастья.

Миссис Ольсен уходит, потрясенная и ошеломленная своим счастьем, а юноша колдует над очередным стеклышком для своего витража, на поверхности которого есть уже и его собственная частица. Вечером миссис Ольсен с удовольствием моется в душе, и ее не нервируют перепады температуры воды, шериф Уоррингтон жарко дышит в шею жене, а Барри Майлс снова смотрит свой любимый сериал. Жизнь в Луисвилле налаживается.

Миссис Ольсен перестает интересоваться работой церковных комиссий и комитетов, теряет интерес к проповедям, перестает покупать овсянку и молоко и начинает есть много мяса. Каждый день она тайком от всего города Луисвилла встречается с юным Микки Спринглом и со звериной, неутолимой яростью отдает ему свое некрасивое и немолодое громоздкое тело. Но юноша не замечает ни разницы в возрасте, ни того, что миссис Ольсен весьма некрасива, потому что эта женщина сжигает его своей напряженной, всепоглощающей страстью.

Проходит месяц. Витраж Микки Спрингла быстро растет, а к миссис Ольсен не приходят месячные. С этогот дня Микки становится все труднее отыскать свою странную возлюбленную. Миссис Ольсен все реже появляется у себя дома и все больше замыкается в себе.

И вот наступает день, когда Микки не может нигде найти своей тайной подруги, как не могла раньше найти миссис Ольсен своего маньяка. Миссис Ольсен исчезает бесследно, и ее не могут отыскать ни реверенд Дин, ни шериф Уоррингтон, ни в Луисвилле, ни за его пределами. Микки забирает осиротевшую лабрадорку Полли в дом своих родителей и долгое время пребывает в глубокой печали.

Проходит еще несколько месяцев, и шериф Уоррингтон опечатывает входные двери дома пропавшей без вести миссис Ольсен печатью города Луисвилла. Микки Прингл находит себе красивую молодую подружку, и по вечерам они вместе ходят гулять с Полли в парк имени Джорджа Вашингтона. А тем временем в прибрежных водах далеких Галапагосских островов большая и некрасивая пожилая акула с раздутым брюхом готовится родить потомство. Она уже почти ничего не помнит о своей жизни в городе Луисвилле, о проповедях и о церковной службе. Она забыла их так же, как когда-то напрочь забыла свою супружескую жизнь, как постоянно забывала свой номер социальной безопасности и прочие суетные вещи. Она неторопливо и важно глотает мелкую рыбешку и готовится продолжить свой род.

О, как легко забывается мелочная и суетная жизнь, лишенная смысла, лишенная страсти! Скажите мне, чья вина, что человеку приходится всю жизнь лишать себя этого смысла, этой страсти? Скажите мне, когда и отчего человек стал бояться сильного и подлинного чувства? Бояться, словно чувство - это маньяк, готовый изнасиловать! Бояться, словно чувство - это акула, готовая растерзать! На что вы обрекли себя, трусы? Что вы сделали с собою, люди? Скажите мне, скажите!..

Александр Шленский. Миссис Ольсен


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация